В Узбекистане вновь активно продвигается инициатива перевода налога на доходы физических лиц (НДФЛ) на прогрессивную шкалу. Позиционируемый как шаг к социальной справедливости, этот подход при глубоком макроэкономическом анализе таит в себе серьезные угрозы для финансовой системы страны. То, что является нормой для развитых стран Европы, в наших реалиях превратится в механизм, обращающий экономическую эволюцию вспять.
Угроза достижениям 2019 года
Переход от прогрессивной шкалы к единой плоской ставке в 12% произошел совсем недавно — в рамках реформ 2019 года. До этой реформы система налогообложения труда функционировала как «всепоглощающий монстр»: бремя из трех отдельных налогов было настолько тяжелым, что провоцировало безработицу, вынуждало бизнес нанимать сотрудников неофициально и стимулировало массовую трудовую миграцию. Внедрение единых ставок НДФЛ и социального налога на уровне 12% легализовало занятость. Количество плательщиков подоходного налога резко возросло, а люди начали получать зарплаты официально, а не в «конвертах». Теперь же, когда система доказала свою эффективность, предлагается отбросить экономику назад, к устаревшей и нелогичной шкале.
Ловушка «справедливости»: Кто примет главный удар?
Главный парадокс прогрессивного налога заключается в том, что он не выполняет свою декларируемую цель — заставить богатых платить больше. Крупные инвесторы и учредители компаний продолжат выводить свои доходы не в виде зарплат, облагаемых по высокой ставке, а через дивиденды или пассивный доход, где налоговая нагрузка значительно ниже. Вся тяжесть реформы рухнет на плечи честного среднего класса — квалифицированных специалистов, не имеющих излишков имущества или дивидендов, чьи доходы зависят исключительно от официальной зарплаты. Если с ростом доходов налоговая ставка будет увеличиваться (например, вплоть до 20%), нагрузка на среднюю прослойку общества возрастет почти вдвое. Это является откровенным наказанием легально работающего населения.
Возрождение теневой экономики
Дифференциация налоговых ставок послужит прямым стимулом для реанимации неформальной экономики. Чтобы уклониться от высоких налогов, предприятия начнут искусственно занижать официальные зарплаты сотрудников, выдавая разницу в «конвертах». Кроме того, для удержания в рамках низких налоговых порогов расцветет практика оформления в штат фиктивных сотрудников — так называемых «мертвых душ». Привязка системы к базовой расчетной величине также создаст бизнесу дополнительные административные издержки, требуя регулярного обновления бухгалтерских программ (таких как 1С). Наиболее эффективный путь пополнения государственного бюджета — это не усиление фискального давления на официальные зарплаты граждан, а радикальное сокращение неэффективных и коррупциогенных экономических расходов государственного аппарата. Подлинная реформа должна заключаться в снижении общей налоговой нагрузки на фонд оплаты труда до 10% с одновременным уравниванием налога на дивиденды с налогом на труд (например, повышением его до 20%). Дальнейшее форсирование прогрессивной шкалы без устранения этих структурных перекосов гарантированно спровоцирует массовый уход бизнеса в тень и масштабный обвал легального фонда оплаты труда в предстоящем квартале.
